Неточные совпадения
— Что-нибудь да должно же занимать свет и
общество, — сказал Штольц, — у всякого свои
интересы. На то жизнь…
— В
интересах какого же
общества действует эдакий революционер? Если в
интересах современного, классового, так почему же он революционер, а не контрреволюционер?
Творческое движение идей не вызывает к себе сколько-нибудь сильного
интереса в широких кругах русского интеллигентного
общества.
Разумеется, в десять лет они не могли состареться, но они сломились, затянулись, окруженные
обществом без живых
интересов, жалким, струсившим, подобострастным.
Религиозно-философские
общества первоначально имели большой успех, публичные заседания с докладами и прениями очень посещались, посещались и людьми, которые имели умственные и духовные
интересы, но не специально религиозно-христианские.
Но отлучение было возмутительно потому, что оно было применено к человеку, который так много сделал для пробуждения религиозных
интересов в
обществе безбожном, в котором люди, мертвые для христианства, не отлучались.
В народничестве же не религиозном, революционном, народ отождествлялся с социальной категорией трудового класса
общества и его
интересы отождествлялись с
интересами труда.
Их подвиги, наделавшие в свое время очень много шуму, возбудили в
обществе некоторый
интерес к Сахалину, о нем говорили, и, кто знает, быть может, уже тогда была предрешена участь этого печального, пугавшего воображение, острова.
И все эти Генриетты Лошади, Катьки Толстые, Лельки Хорьки и другие женщины, всегда наивные и глупые, часто трогательные и забавные, в большинстве случаев обманутые и исковерканные дети, разошлись в большом городе, рассосались в нем. Из них народился новый слой
общества слой гулящих уличных проституток-одиночек. И об их жизни, такой же жалкой и нелепой, но окрашенной другими
интересами и обычаями, расскажет когда-нибудь автор этой повести, которую он все-таки посвящает юношеству и матерям.
Но и это я обозрю здесь только в общем
интересе, чтобы припомнить, какая жизнь за эти два сезона доставляла материал и частному лицу, члену
общества, и профессиональному писателю.
Он остался верен своим идеалам и своей социальной доктрине; но жизнь британского
общества и народа многому его научила, и он входил в нее с искренним
интересом, без высокомерного самодовольства, которым так часто страдали французы его эпохи, когда им приводилось жить вне своего отечества.
Я это привожу опять-таки затем, чтобы показать, как тогда замечался и в губернских городах известный уровень культуры, и ничто такое, что входило в
интересы тогдашнего
общества в Москве, уже не удивляло особенной новизной юного гимназиста.
Но в последние три года, к 1858 году, меня, дерптского студента, стало все сильнее забирать стремление не к научной, а к литературной работе. Пробуждение нашего
общества, новые журналы, приподнятый
интерес к художественному изображению русской жизни, наплыв освобождающих идей во всех смыслах пробудили нечто более трепетное и теплое, чем чистая или прикладная наука.
Но я бывал везде, где только столичная жизнь хоть сколько-нибудь вызывала
интерес: на лекциях в Думе, на литературных вечерах — тогда еще довольно редких, во всех театрах, в домах, где знакомился с тем, что называется"
обществом"в условном светском смысле.
Иногда мне казалось, что ее тяготит и стесняет мое
общество, но это предположение плохо вязалось с громадным
интересом, возбуждаемым в ней всего лишь несколько дней тому назад каждым моим замечанием, каждой фразой…
Сначала он жаловался жене на ее нелюдимство, вредное для его отношений, потом стал надеяться, что это пройдет, старался втянуть жену в новые
интересы и с этою целью записал ее в члены комитета грамотности и
общества для вспомоществования бедным.
Социализм же хочет организовать и регулировать человеческое
общество, полагая, что нельзя человеческой природе предоставить в свободной игре
интересов определять социальную жизнь, ибо человеческая природа злая.
Не только гений, всякий человек выше
общества, выше государства, и чисто человеческий
интерес выше
интереса общественного и государственного.
Я никогда не видел затруднения в том, чтобы пожертвовать социальными традициями, предрассудками и
интересами дворянско-аристократического
общества, из которого я вышел.
До этих пор она встречала в
обществе только скуку и не испытывала ни удовольствия, ни
интереса. Может быть, только недавно почувствовала она эту притягательную силу и, наверное, такая перемена вполне оправдывала заботливое внимание Ольги Николаевны, которая, спокойная, доверчивая и счастливая тем, что ее дочь от души веселилась, не искала причины, почему вдруг проявилась в ней такая охота к танцам.
Мы стоим против
общества,
интересы которого вам приказано защищать, как непримиримые враги его и ваши, и примирение между нами невозможно до поры, пока мы не победим.
Ежели умственные и политические
интересы не возбуждают внимания
общества, то и журналистика неизбежно принимает соответствующий низменный характер.
Я узнал, что он приехал на короткое время и остановился в гостинице. Не столько дела привлекли его, сколько любопытство. Какие могли быть у него дела с бюрократией? — конечно, никаких! Но для любознательности поводов было достаточно, и он не отрицал, что в
обществе проснулось нечто вроде самочувствия. Не лишнее было принять это явление в соображение, в виду «знамени», которое он держал, и, быть может, даже воспользоваться им на вящее преуспеяние излюбленных
интересов.
Прежде всего, они почти всегда настигают
общество внезапно; сверх того, сравнительно бедные результатами, они непосредственно затрогивают личные
интересы и уязвляют личные честолюбия.
Все
общество, в разных углах комнат, разбивалось на кружки, и в каждом кружке шли очень оживленные разговоры; толковали о разных современных вопросах, о политике, об
интересах и новостях дня, передавали разные известия, сплетни и анекдоты из правительственного, военного и административного мира, обсуждали разные проекты образования, разбирали вопросы истории, права и даже метафизики, и все эти разнородные темы обобщались одним главным мотивом, который в тех или других вариациях проходил во всех кружках и сквозь все темы, и этим главным мотивом были Польша и революция — революция польская, русская, общеевропейская и, наконец, даже общечеловеческая.
Февральская книжка «Русского Вестника» принесла с собою «Отцов и Детей» Тургенева. Поднялась целая буря толков, споров, сплетен, философских недоразумений в
обществе и литературе. Ни одно еще произведение Тургенева не возбуждало столько говора и
интереса, ни одно не было более популярно и современно. Все то, что бродило в
обществе как неопределенная, скорее ощущаемая, чем сознаваемая сила, воплотилось теперь в определенный, цельный образ. Два лагеря, два стремления, два потока обозначились резко и прямо.
Дикости в проявлениях жизни общественной, разноголосица во всех сферах
общества, фанфаронство общим и народным делом, вопросительный знак значительной части дворянства пред новым экономическим бытом, финансовый кризис, зловещие тучи на окраинах, государственные затруднения, неумелость, злорадство, апатия к серьезному здравомысленному делу, непонимание прямых народных
интересов, подпольная интрига и козни, наплыв революционных прокламаций и брань, брань, одна повальная брань в несчастной полунемотствующей литературе и, наконец, в виде паллиативы, эта безумная и развратная оргия канкана, — вот общая картина того положения, в котором застал Россию 1862 год.
Все
общество необыкновенно живо подвинулось к столу, за которым уселся Подвиляньский, и жадно, нетерпеливо приготовилось слушать с тем чувством живейшего
интереса, который уже переходил в лихорадочный зуд любопытства.
Общительность
интересов рушилась, всякому предоставлялось вредить
обществу по-своему.
Он уже хотел того типа культуры, который восторжествовал в коммунизме, хотя часто в карикатурной форме, — господство естественных и экономических наук, отрицание религии и метафизики, социальный заказ в литературе и искусстве, мораль социального утилитаризма, подчинение внутренней жизни личности
интересам и директивам
общества.
Один принцип гласит: в хозяйственной жизни преследуй свой личный
интерес и это будет способствовать хозяйственному развитию целого, это будет выгодно для
общества, нации, государства.
О чем, бывало, ни заговоришь с ним, он все сводит к одному: в городе душно и скучно жить, у
общества нет высших
интересов, оно ведет тусклую, бессмысленную жизнь, разнообразя ее насилием, грубым развратом и лицемерием; подлецы сыты и одеты, а честные питаются крохами; нужны школы, местная газета с честным направлением, театр, публичные чтения, сплоченность интеллигентных сил; нужно, чтоб
общество сознало себя и ужаснулось.
Ученые люди собираются в
общества (таких
обществ много, более 100), собираются на конгрессы (такие были недавно в Париже и Лондоне, теперь будет в Риме), читают речи, обедают, говорят спичи, издают журналы, посвященные этой цели, и во всех доказывается, что напряжение народов, принужденных содержать миллионы войск, дошло до крайних пределов и что это вооружение противоречит всем целям, свойствам, желаниям всех народов, но что если много исписать бумаги и наговорить слов, то можно согласовать всех людей и сделать, чтобы у них не было противоположных
интересов, и тогда войны не будет.
Княжна же, несомненно, представляла для петербургского высшего
общества далеко не дюжинный
интерес.
Фрей предсказал войну, хотя знал об истинном положении дел на Балканском полуострове не больше других, то есть ровно ничего. Русско-турецкая война открыла нам и Сербию и Болгарию, о которых мы знали столько же, сколько о китайских делах. Русское
общество ухватилось за славян с особенным азартом, потому что нужен же был какой-нибудь
интерес. Сразу выплыли какие-то никому не известные деятели, ораторы, радетели и просто жалобные люди, взасос читавшие последние известия о новых турецких зверствах.
А там, у Пепки, меня ждало
общество и, главное, новые
интересы.
Во время сплава он собственно был золотой человек, потому что лез из кожи в
интересах транспортного
общества «Нептун», которое отправляло металлы с Каменки, но, как часто бывает с такими людьми, от его работы выходило довольно мало толку.
Буланов. Господа, хотя я и молод, но я очень близко к сердцу принимаю не только свои, но и общественные дела, и желал бы служить
обществу. Поверьте, что вы найдете во мне самого горячего защитника наших
интересов и привилегий.
Время шло. Жизнь Оленина шла с томительным однообразием. По утрам служба, по вечерам или
общество товарищей,
интересы которых сосредотачивались на мелочах военной жизни, или же визиты Ирены.
Интерес к посланнику невольно возбудил в петербурском
обществе интерес и к самому ордену мальтийских рыцарей, о котором ранее не было никогда и помину и который немногими знавшими о его существовании назывался орденом святой Мальты или Ивановским.
Здесь биографический
интерес не лишен был бы и общеисторического характера, показывая степень развития и направление стремлений того
общества, которое произвело необыкновенную натуру преобразователя.
Но когда эти же мысли порабощают себе
общество, закабаляют партикулярных людей, отравляют общественные отношения и отнимают у жизни всякий внеполицейский
интерес — это я уже перестаю понимать.
Невеста — чудо красоты и ума, жених — правда, белый, розовый, нежный (что именно не нравилось Софье Николавне), но простенький, недальний, по мнению всех, деревенский дворянчик; невеста — бойка, жива, жених — робок и вял; невеста, по-тогдашнему образованная, чуть не ученая девица, начитанная, понимавшая все высшие
интересы, жених — совершенный невежда, ничего не читавший, кроме двух-трех глупейших романов, вроде «Любовного Вертограда», — или «Аристея и Телазии», да Русского песенника, жених,
интересы которого не простирались далее ловли перепелов на дудки и соколиной охоты; невеста остроумна, ловка, блистательна в светском
обществе, жених — не умеет сказать двух слов, неловок, застенчив, смешон, жалок, умеет только краснеть, кланяться и жаться в угол или к дверям, подалее от светских говорунов, которых просто боялся, хотя поистине многих из них был гораздо умнее; невеста — с твердым, надменным, неуступчивым характером, жених — слабый, смирный, безответный, которого всякий мог загонять.
«Среди тех ничтожно-мелких искусственных
интересов, которые связывали это
общество, попало простое чувство стремления красивых и здоровых молодых мужчины и женщины друг к другу. И это человеческое чувство подавило все и царило над всем их искусственным лепетом. Шутки были невеселы, новости неинтересны, оживление, очевидно, поддельно. Казалось, и огни свечей сосредоточены были только на этих двух счастливых лицах».
Чувствуя себя на каждом шагу под угрозой мероприятий, большею частию направленных противу невиннейших поползновений человеческого естества,
общество утратило веру в свои творческие силы и поникло под игом постыдного равнодушия к собственным
интересам.
«Однажды один председатель, слывший в
обществе остроумцем (я в то время служил уже симбирским помпадуром), сказал в одном публичном месте: „Ежели бы я был помпадуром, то всегда ходил бы в колпаке!“ Узнав о сем через преданных людей и улучив удобную минуту, я, в свою очередь, при многолюдном собрании, сказал неосторожному остроумцу (весьма, впрочем, заботившемуся о соблюдении казенного
интереса): „Ежели бы я был колпаком, то, наверное, вмещал бы в себе голову председателя!“ Он тотчас же понял, в кого направлена стрела, и закусил язык.
Задумано — сделано. Посыльный летит к Менандру с письмом:"Любезный друг! ты знаешь, как горячо я всегда принимал к сердцу
интересы оспопрививания, а потому не желаешь ли, чтоб я написал для тебя об этом предмете статью?"Через час ответ:"Ты знаешь, мой друг, что наша газета затем, собственно, и издается, чтобы распространять в
обществе здравые понятия об оспопрививании! Пиши! сделай милость, пиши! Статья твоя будет украшением столбцов" — и т. д.
Но всего более приводили меня в отчаяние товарищи: старшие возрастом и ученики средних классов не обращали на меня внимания, а мальчики одних лет со мною и даже моложе, находившиеся в низшем классе, по большей части были нестерпимые шалуны и озорники; с остальными я имел так мало сходного, общего в наших понятиях,
интересах и нравах, что не мог с ними сблизиться и посреди многочисленного
общества оставался уединенным.
Имея значительное состояние, он жил всегда в
обществе, но не сходился с ним в главных
интересах; то есть решительно не играл в карты, смеялся над танцевальными вечерами, а занимался более искусствами и сочинял комедии.
Бобров был прекрасный молодой человек, очень честный, умный, князь любил его, но он все-таки был не из его
общества — их
интересы, склад их ума был различны.